© 2013, Юлия Тупикина

  • Facebook B&W

 Я в социальных сетях 

 Александр Огарёв:  "Из российской драматургии мне нравятся пьесы Юлии Тупикиной".

 

 Настя Лобанова (teatral-online.ru):  "Сегодня разнороднее поле драматургии наполнено индивидуальностями. Изменился и вектор драматургических тем, оставляя за собой право на острую актуальность, сегодня он направлен на человека. Не всегда внутри социальной среды. Наиболее яркий пример подобной драматургии из последнего отбора Любимовки – пьеса Юлии Тупикиной «Учебник дерзости». Это удивительно предметная пьеса, бытовой мир которой создает ощущение временной определенности – это пьеса о маленьком человеке сегодня. Главный герой – Гена, не молодой мужчина, решивший дарить счастье окружающим его людям. Он соблазняет одиноких женщин, однако забывает о своей жене, спасающейся от одиночества в объятиях любовника, и о дочери, готовой совершить самоубийство. Образ дочери героя – прекрасен в своей завершенности, девочка создает вокруг себя герметичное пространство, защищающее ее от внешних эмоций. Спасение – в холодной отстраненности от чужих проблем, от внутренней нестабильности, чувств, расшатывающих нервы. Секс – всего лишь секс, а любовь – рудимент. Жесткие правила своей жизни она прописывает в «Учебнике дерзости», однако последнее его правило, озвученное Геной, гласит: «я люблю тебя».

 

 

  Татьяна Джурова ("Петербургский театральный журнал"):  "Юлия Тупикина считается проводником «женской темы» в современной драме. Однако в центре ее новой пьесы «Учебник дерзости» — герой-мужчина. Сергей Львович, мужчина средних лет, внезапно обретает ряд чудесных свойств и становится своего рода центром терапевтического «лучеиспускания» для окружающих женщин. Словно рентгеном высвечивает он болевые точки женщин — от миомы матки до невостребованности и чувства вины. И лечит. Причем терапия его носит иногда шоковый, травматичный для «больных» характер. К примеру, чтобы пробить броню жутковато-елейной директрисы детского дома, ему приходится раздеться догола прямо у нее в кабинете. Параллельно развиваются линии членов семьи Сергея Львовича — жены и дочери-старшеклассницы.

Ближе к финалу Тупикина стягивает поначалу разрозненные, расходящиеся лучи пьесы, концентрируя внимание сначала на распадающейся семье Сергея Львовича, а в финале обнажая его собственную «болевую точку» — источник удивительных способностей и причину крушения эгоистической брони, в которую обычно спасительно закован житель мегаполиса. Одна из тем, обозначенных в пьесе, — тема телесной идентичности женщин от 16 до 60. Героини пьесы или слишком молоды, или слишком стары, чтобы жить со своим телом в мире и согласии, и вообще — чтобы любить себя, а значит и кого-то. Высвечивая типовые для того или иного возраста и, наверное, банальные проблемы, Тупикина оперирует очень чувственными образами (цвета, запахи, тактильные ощущения разной степени интенсивности), дает героям индивидуальные речевые характеристики, позволяющие реконструировать прототип: от тембра голоса и цвета глаз до веса. Этот авторский взгляд — внимательный, сочувственный, смешливый, но не насмешливый — словно говорит: «Мы все в одной лодке, товарищи».

 

  Cабина Нарымбаева: "Пьеса Юлии Тупикиной «Уроки Литературы», наверное, могла бы еще называться «Живые души»: героиня - двенадцатилетняя девочка Алиса - собирает всё живое, что связывало её с бабушкой, учителем литературы. 

Пронзительная, легкая и глубокая одновременно пьеса заставляет читателя не только вспомнить любимых героев из классической литературы и посмотреть на них по-новому, но и заглянуть в себя, встретиться со своими экзистенциальными страхами конечности бытия и отсутствия смысла. 
Значимые для нас взрослые и даже литературные персонажи становятся со временем частью нас, личность – это полилог субличностей, каким бы странным это не казалось. «Уроки литературы» - это еще и буквальные уроки, с прописанными способами совладания с горем, связанным с утратой близкого: у дедушки болит сердце, отец делает вид, что ничего не произошло, мать Алисы затыкает зияющую от боли дыру побегом к морю с любовником, даже второстепенная Зойсан овеществляет свою потерю и оплакивает шубу, а не сына. А самым зрелым оказывается подросток Алиса, которая бродит по знакомым местам и беседует со своей внутренней «живой» бабушкой, задает вопросы и получает важные для себя ответы. Хочется верить, что этот путь сможет пройти и зритель, если пьеса доберется до него и станет спектаклем".

 

  Николай Коляда:   «Самая лучшая пьеса - Юлия Тупикина "Ба". Буду это ставить у себя в театре осенью. Просто супер. Даже завидно, что она - не моя ученица».

 

  Павел Руднев:   «Николай Коляда объявил результаты своей "Евразии" - драматургического конкурса. Там одно из первых мест - у пьесы Юлии Тупикиной "Ба". Я еще не всю "Евразию" прочел, но эту пьесу посмотрел. Это можно и нужно ставить - там роль для крупной возрастной актрисы. И разговор о разнице поколений - о пропасти в мировосприятии».

 

  Вера Сердечная:   «Мой роман с современной драмой начался внезапно и развивается бурно. Одна из моих последних читательских влюбленностей - Юлия Тупикина, московский автор, чью пьесу "БА" я прочла среди других в списке "Евразии". (читать дальше)

 

  Андрей Малахов:   «C пробками и холодными, осенними дождями в Москву вернулся театральный сезон. И Филипп Киркоров с Ани Лорак пригласили меня в МХТ им. Чехова в Камергерский переулок на «Зойкину квартиру». Я было удивился, почему они не выбрали аншлаговый спектакль того же театра под названием «Идеальный муж», но чего привередничать. Тем более пойти я все равно не мог. Меня ждала антреприза из реальной жизни, на «Пусть говорят» мы воссоединяли сына актрисы Татьяны Самойловой, проживающего в США, сначала с мамой, а потом и с отцом, которого парень, а точнее, уже мужчина не видел 42 года. И вообще из-за работы с подмостками у меня отношения не складываются. Единственный раз, когда я собрался посмотреть «Парикмахершу» с Ингой Оболдиной (жена заранее приобрела билеты), спектакль отменили… ввиду беременности главной исполнительницы. Но чудо свершилось! Для таких, как я, в театре DOC в рамках фестиваля молодой драматургии «Любимовка-2013» ежедневно устраивали целых четыре спектакля (они же актерская читка) в 15, 17, 19 и 21 час. Поэтому 3 сентября в обед я хохотал над пьесой москвички Юлии Тупикиной «Ба».

 

Елена Ковальская, театральный критик, арт-директор Театрального центра им. Вс. Мейерхольда:  "Ироническая антиутопия» Юлии Тупикиной напоминает «Бенто Бончева» и другие пьесы Макса Курочкина. Как и Курочкин, в этой пьесе Тупикина исходит из того, что писать про сегодняшнюю реальность непродуктивно: пока ты ее запечатлеваешь, она меняется до неузнаваемости. Писать нужно пророчества – не относясь слишком серьезно ни к себе как пророку, ни к читателю, ни к человечеству в целом. Тогда, может быть, удастся сказать что-то про сегодня. В пьесе Тупикиной Ромео и Джульетта живут на полвека впереди нас. Ромео принадлежит семье палачей, если говорить в отечественной исторической терминологии. Джульетта – из семьи жертв. В реале они встретятся только однажды, уже в развязке. Трансчеловечество исчисляется десятками миллиардов, но людей на улице не видно. По земле гуляют убийственные вирусы и существа низшего кода, которых трансчеловечеству не жалко потерять. Люди высшего кода сидят по домам, общаясь между собою в скайпе. Самые решительные идут на риск, участвуя в новейшем технологическом эксперименте – уходят из жизни, «записывая» себя на вечные носители. Согласно смешливому пророчеству Тупикиной перспектива пережить режимы и бациллы есть у двух типов: женщин из бессмертного отряда и мужчин из отряда палачей. Оцените шутку: отец Ромео «обессмертил» свой геном... в паяльнике".

 

Александра Никитина:  "Вчера услышала пьесу Юлии Тупикиной "Уроки литературы". Пьеса шла в списке читок пятой. И все уже порядком устали. Многие ушли. Но я решила потерпеть: раз уж выбралась, нужно услышать всё. И я рада, что так решила. Пьеса оказалась очень мне родной и близкой. Читку в рамках "Маленькой премьеры" (фестиваль пьес для детей, которым руководит Светлана Кочерина) готовила режиссёр Елена Капралова. И, увы, я не знаю имени актрисы, которая играла в этой истории центральную роль: бабушку - директора школы (Марина Капралова - прим. Ю.Т.). Актриса эта была прекрасна. Всему я в ней поверила: и тому, что читала с внучкой книжки ночью под кроватью, и тому, что озорничала на улице, воображая прохожих героями литературных произведений, и тому что была директором школы из поколения новаторов, и тому, что умерла от инфаркта, не пережив доносов коллег-подчинённых и служебных разбирательств. И поскольку текст пьесы глазами я не читала, не знаю, сколько тут заслуги автора, и сколько исполнительницы. Но и той и другой очень благодарна за этот образ, за эту историю, за это переживание.

 

Вчера я ничего не знала об авторе и пьесе, и потому впечатления были чисты от любых предрассудков. Первое, что было совершенно ясно: это - живое. Автор знает и любит своих героев, он их видит, слышит, понимает, и рассказать о них - жизненно важно. Второе, и это уже моё личное: тема сверхактуальна, и в таком ракурсе, насколько я знаю, никем ещё не поднималась. Эта тема - несовместимость сегодняшней школы и живой жизни, сегодняшней школы и любви, сегодняшней школы и элементарных представлений о человечности и порядочности.

 

К сожалению, не смотря на то, что со школой связан каждый человек: как ученик, мама и папа ученика, бабушка и дедушка ученика, на худо конец брат или тётя ученика, - абсолютное большинство взрослых не видит, не понимает, не задумывается о том, что такое школа сегодня, и не понимает, насколько это страшный инструмент перемалывающий поколение. Даже своих детей защитить мало кто умеет, да и нужным не считают. По большей части наоборот, пребывают в уверенности, что сдать ЕГЭ - это главное дело жизни ребёнка. А то что после нынешних школьных тестово-механистических отношений всех со всеми и отличник и троечник примерно одинаковые "оболваненные шляпники" - мало кого волнует.

 

Третье, очень-очень важное: это пьеса, переполненная любовью - бабушки к внучке, внучки к папе, бабушке и дедушке, мальчику Антону и девочке Соне, дворнику-таджику и старушке из соседнего подъезда, к Гоголю, Кафке, Кену Кизи и их героям. Очень важно, что некоторые из этих людей девочку не знают, или не понимают, или даже откровенно травят. Бабушка подарила ей зрение, которое помогает увидеть в каждом совершенство замысла. Внучка сначала не видит, правда, разницы между замыслом и воплощением, но когда научается видеть, замысел не перестаёт любить. Четвёртое: у автора хорошее чувство юмора и ощущение гармонии. Она пишет о страшном, но делает это легко, нежно и очень смешно. Она пишет о смерти, но воспринимает её как часть жизни, и в чём-то как поступок. И более того, как поступок, откликом на который может быть тоже только поступок.

 

На обсуждении пьесы случился бой. Трогательный, искренний и темпераментный драматург Лев Яковлев утверждал, что предложенная автором работа - не пьеса, что в ней нет событий, нет подлинных отношений между героями, нет изменений, происходящих с героями. И зал раскололся на две партии: защитников и противников пьесы. Доспорить мы не успели. Поэтому хочется поделиться всеми соображениями здесь. Нужно честно признать, что всё, что в последнее время приходилось слышать на конкурсных читках "не пьесы". В том смысле, что к мастерству авторов можно предъявлять множество очень серьёзных претензий. И "Уроки литературы" - не исключение. Вчера многие говорили, что у Юлии Тупикиной есть гораздо более мастерски сделанная пьеса "Ба". Сегодня прочитала - да верно. Сделана профессиональнее. Много где по стране идёт, в интересных театрах, и в больших городах, в том числе, в моём любимом маленьком, но очень искреннем Кудымкарском театре. "Ба" - любопытная пьеса. Но мне вот "Уроки литературы" всё же милее. Хотя соглашусь - эта пьеса "гроздь нераскрывшихся бутонов", как сказал вчера детский режиссёр Анатолий Тумбин. Кажется, автор написал начало, где бабушка-директор активно действующее лицо, а потом оставил только краткий план всего, что будет уже без бабушки. И мы можем только угадывать, когда и почему внучка стала слышать бабушкин голос внутри себя, когда она начала видеть мир без розовых очков, когда приняла решение любить его таким, какой он есть. Мы можем только догадываться, когда, как и почему умерла бабушка, когда и почему стал болеть дед, как складывались-нескладывались отношения отца и матери. А чтобы предвидеть, как именно внучка перестанет быть бабушкиной копией и станет сама собой, как научится видеть в дворнике живого милого таджика, а не героического Воджя из книги "Пролетая над гнездом кукушки", нужно быть изрядно внимательным к тексту и напрягать воображение.

 

И, может быть, эта пьеса интересна мне в том числе и поэтому. Автор уловила что-то, выходящее за рамки "хорошо сделанной пьесы", с чем она ещё не может справиться. Это не бытописание. Это не социальная драма. Это не чёрная комедия. Не случайно героини чтят такой милый набор авторов: Гоголь, Кафка, Кизи. Кстати, там ещё и Достоевский с Майн Ридом затесались. Но найти стиль всей пьесы, где вот эти авторы становились бы постоянными собеседниками, присутствовали незримо - очень трудно. Язык Юлия схватила. А вот архитектоника пьесы ускользает. Выстроить её линейно можно. Автор это умеет, и в "Ба" успешно продемонстрировал. Но "Уроки литературы" - совсем другая ткань, линейность, откровенная социальность, бытописание - всё это убьёт летучую материю текста. Что-то, однако, делать, как мне кажется, всё-таки нужно. Я говорила вчера и повторю теперь. Пьесе нужна встреча с молодой и очень талантливой режиссурой. Нужен кто-то, кто услышит и полюбит текст таким, каким он звучит внутри автора, кто поможет родить его сценическую версию. Мне кажется, самая-самая настоящая драматургия рождается не за письменным столом. Она, как и в 16-17-18 веке рождается в театре. Когда актёры, драматург и руководитель труппы начинают грезить и безумствовать, слышать голоса героев и голос времени совместно, на площадке. До сих пор пьесы Юлии Тупикиной шли в хороших театрах, а эта пьеса, как мне кажется, достойна встречи с Настоящим театром, безумным, безудержным, невообразимым. Я в этом сезоне познакомилась с несколькими такими театрами: Кемеровский ТЮЗ, Новосибирский ТЮЗ, Крастноярский ТЮЗ, "Les Partisans" (Ижевск). А глазовский театр "Парафраз" и "Жёлтое окошко" из Мариинска я знаю давно. И вот в этом случае нужно именно что-то такое - стопроцентно подлинное, бескорыстное, безбашенное. И я очень-очень желаю автору встречи с таким театром и своим режиссёром."